Бон - предшественник тибетского буддизма (продолжение).

Первая часть статьи
Священники бон использовали знак свастики как магическое орудие величайшей силы. Это слово используется также в качестве титула основателя религии. Свастика (санскр. «эмблема счастья»), появление которой окутано тайной, называется еще греческим крестом и символизирует движение небесных тел вокруг Большой Медведицы. По другим сведениям, свастика символизирует солнце, что подтверждается фактом ее наличия в тех местах, где был распространен культ солнца. В индийской традиции знак свастики символизирует рождение огня из перекрещенных прутьев арани. Знак свастики четко просматривается на древних предметах, найденных в долине Инда. Возможно, свастика является ранним прототипом «несокрушимого орудия» (ваджры, по-тибетски дордже, rDo-rJe). Слово дордже («алмаз», буквально «повелитель камней») обычно переводится как «молния» или «алмаз» и ныне является самым распространенным ритуальным предметом в Тибете.

Ваджра — могущественное орудие индийского предводителя богов Индры (в «Ригведе» это «дубина Индры») — вполне мог стать прототипом тибетского дордже. Небезынтересно проследить и тантрическую линию этой трансформации: для грозного тантрического божества с лошадиной головой — Хаягривы, супруга которого Ваджраварахи держит в руке это магическое оружие. Согласно распространенной легенде, дордже в качестве кинжала Тамдина, называемого Тамдин пхурбу, принадлежало индийскому святому, который, перенесясь по воздуху в Тибет, воссел на холме поблизости от монастыря Сера. Эта легенда подтверждает версию об индийском происхождении дордже, широко распространенного магического орудия Тибета. Дордже, чудесным образом принесенный из Индии, хранится в монастыре Сера близ Лхасы и является одной из основных святынь данного монастыря. Говорят, что все дордже Тибета изготовлены с этого индийского оригинала.

Говоря о свастике в разных религиозных традициях, следует отметить одну особенность: в традиции бон она «вращается» справа налево, то есть является левосторонней, в отличие от правосторонней свастики буддизма, символизирующей процесс «вращения» слева направо. Эта деталь объясняется характерной чертой бон: делать многие вещи в обратном порядке (обходить ступы по левой стороне, вращать молитвенные барабаны в обратную сторону и произносить мантры наоборот, например, «Ом Мани Падме Хум» как «мух-ем-пад-ни-мо»).

Бонские священники никогда не объединялись в религиозную организацию какого бы то ни было вида. Несмотря на то, что в поздний период сформировались и возникли несколько бонских монастырей (как, например, Дзогчен-Гомпа на северо-востоке Тибета), какие бы то ни было монашеские организации всегда претили духу бон. Священники бон жили в среде мирян и исполняли нужды обычных людей. За исключением религиозной практики, они не отличались от мирян ни одеждой, ни манерами. В традиции же тибетского буддизма различие между мирянами и священниками (ламами) заметно подчеркивалось — миряне действительно занимали более низшее положение в обществе.

Жертвоприношения были важной частью бонских ритуалов. Животных и птиц убивали в честь разных богов и духов. Жертвенная молитва, используемая в поздней Ваджраяне и имеющая, возможно, бонское происхождение, хорошо передает дух самой религии бон: «О, вы, все духи, демоны, оборотни, привидения, злобные сущности, духи безумия и эпилепсии, мужские и женские небесные покровители, а также все другие, примите эту жертву и да будет между нами соглашение, и пусть благодать и защита исходят от этого соглашения.
Обряд жертвоприношения сопровождался суровым предупреждением для простолюдинов: „Если вы осмелитесь нарушить заключенное соглашение, то будете разрублены и выброшены, как эти животные, приносимые в жертву! Поэтому будьте едиными в своих помыслах и преданны богам небесным и земным, чтобы они могли увидеть ваши чистые помыслы!“

В более поздних ритуалах буддистов поднесение жертвенных изделий торма также осталось очень важным элементом. Изображения торма изготавливаются из теста и масла и имеют различные формы (часто образы животных или птиц). Торма помещаются на алтарь, а затем церемони¬ально разламываются и сжигаются или бросаются в воздух. Искусством изготовления и подношения торма должен владеть каждый лама. Подоплека этого ритуала, несомненно, относится к религии бон.

Бонские жертвоприношения сопровождались ритуальными танцами и драматическими представлениями, которые перешли позже в буддизм. Особое танцевальное представление, известное под названием цам (аСНаm), исполнялось специально обученными актерами, которые для изображения богов и демонов надевали соответствующие маски. Эта мимическая мистерия сопровождала ритуал подношения торма. Следует сказать несколько слов „в оправдание“ этой мистерии, которая многими западными исследователями отождествлялась с „сатанинскими танцами“. Главной ее целью, даже если она проводилась в урбанизированных монастырях, было изгнание злых духов и обеспечение благословений, что аллегорически олицетворяет изгнание несчастья и возвещение счастья. Мистерия — это лишь часть ритуала. Популярная повсюду в буддийских Гималаях, мистерия цам (в Кхумбу в Непале она называется Мани-Римду) является ярким наследием религии бон.

Лютер Г. Иерстад, выполнивший прекрасное исследование Мани-Римду, отмечает явное влияние религии бон на современную буддийскую ритуалистику Непала. Берущее свой исток в тибетской мистерии цам, действо Мани-Римду начинается с „посвящения на жизнь“, в ходе которого жизненная эссенция в форме ритуальной воды (tSHe-Chang) и магические, дающие жизнь пилюли (tSHe-ril) раздаются всем присутствующим. „Данная церемония преследует цель отграничить обычную жизнь от сферы высших психических проявлений“.

Знатоки Тибета в развитии религии бон выделяют три стадии. В первой стадии, которую условно можно назвать „дикий бон“, упор делался на магию и волшебство, которые давали возможность покорить или умилостивить неистовых и зловредных духов, окружающих человека. Вторая стадия, которую называют „неправильный“ или „ошибочный бон“, характеризовалась, преимущественно, чудесами и доблестными подвигами мудрецов-шаманов, которые приходили в Тибет со стороны (по преимуществу из Кашмира). Когда тибетский царь Дригумцан (Gri-Gum-bTSan) был убит, напуганные местные священники, не знающие, как справиться с неистовым вредоносным духом, призвали на помощь трех магов-иностранцев (из Кашмира, Душа и страны Шанг-Шунг). Один из приглашенных был настолько искусен в магии, что мог летать по небу верхом на барабане; раскрывать заговоры, успокаивая „божественного орла“ (Гаруду); пером перерубать железо. Второй маг мог предсказывать будущее и толковать судьбу при помощи разноцветных веревок. Третий маг искусно совершал похоронные обряды над людьми, погибшими насильственной смертью. Все трое были, по-видимому, индийскими тантристами и Сиддхами. Тибетские источники указывают на сильное влияние индийских Шиваитов и Тиртхиков (еретических аскетов) на развитие религии бон в этот период.
Третья стадия в истории религии бон характеризуется как „реформированный“, или „обращенный“ бон. К этому моменту идеи буддизма уже ассимилировались бонским сознанием (не стоит забывать о том, что данная классификация приводится по буддийским источникам). Бонская идеология и практики подверглись основательной ревизии, поскольку были подхвачены нарастающей волной нового религиозного мировоззрения. Бон вынужден был адаптироваться к буддизму как к новому, более сильному религиозному течению. В настоящее время в Тибете бонские монахи не рассматриваются буддистами как чуждый элемент, и их мирное сосуществование с „людьми дхармы“ не вызывает никаких сомнений. Дэвид Снеллгроув рассматривает бон как „особую, весьма своеобразную, школу тибетского буддизма“.
Бонская сутра, которую А. Шифнер перевел на немецкий, принадлежит третьему периоду истории бон. В этой сутре говорится о пяти совершенствах, которые помогают на пути духовной трансмиграции. Третья стадия развития религии бон продолжается и поныне. В настоящее время, по достоверным оценкам, не менее двух третей тибетцев в той или иной мере причисляют себя к традиции бон, и это несмотря на религиозное и политическое доминирование буддизма в течение более чем шести последних веков.

Приведенная выше классификация принадлежит буддийскому историку XVIII века, полагавшему, что бон представлял собой низшую религию, которая улучшила свою родословную в той же мёре, в которой восприняла буддийское влияние. К сожалению, мы не имеем никаких исторических данных, которые отражали бы по данному вопросу точку зрения самих бонпо. И все же, не будет ошибкой и мнение о том, что буддизм был принят тибетцами только после того, как он значительно пропитался идеологией и практическим подходом религии бон. Свидетельством тому являются столь явные и глубокие различия между тибетским буддизмом и буддизмом вообще.
  • +1

  • 0

Комментариев нет

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.